ГЛАВА V

СПОСОБ ВОЗВРАЩЕНИЯ И ЯВЛЕНИЯ НАШЕГО ГОСПОДА

Согласованность способа второго пришествия нашего Господа с другими чертами Божественного Плана – Как и когда Церковь увидит Его – Как и когда слава Господа будет открыта настолько, чтобы всякая плоть ее увидела – Утверждения, на первый взгляд противоречивые, представлены как гармоничные – Он идет, “как тать” – “Не придет... приметным образом” – С “криком” – С “возгласом” – “При звуке великой трубы” – “Он явится в палящем огне, принося отмщение” – А еще Он “придет таким же образом”, как и ушел – Важность пророческого времени, показанная в этом направлении – Согласованность нынешних знаков.

Представший только что перед нами вид близкого окончания Времен Язычников и утверждение, что осуществление надежды Церкви должно предшествовать 1 их окончанию, лишь усиливает аппетит тех, которые ожидают сейчас утешения Израиля. Такие будут жаждать любой информации, какую наш Отец может предоставить через пророков, затрагивающей “жатву”, конец, или заключительный период этого века – отделение пшеницы от плевел среди живущих членов номинальной церкви и время изменения победителей, чтобы быть вместе с их Господом и Главой, и стать похожими на Него.

1 Смотрите Предисловие Автора ( 1916 г .), стр.. .

Но для того, чтобы оценить все благоразумие пророческого учения об этих глубоко интересующих вопросах, для нас совершенно необходимо иметь ясное понятие как о цели второго пришествия нашего Господа, так и о способе , каким Он явится. Мы надеемся, что чтение I тома убедило всех нынешних читателей в том, что цель Его пришествия состоит в примирении с Богом всякого “желающего” в мире путем направления, обучения, воспитания, именуемым судом и благословением. Поэтому, способ пришествия и явления Господа является вопросом первостепенной важности, прежде чем мы продолжим наше исследование времени жатвы и т.п. Исследователь должен четко различать цель, когда он изучает способ возвращения нашего Господа, а также одно и другое, когда приступает к изучению времени. Это необходимо для предотвращения ошибочных взглядов, уже завладевших многими умами, которые основаны на ложных понятиях о цели и способе пришествия нашего Господа.

Осознайте и изо всех сил держите в уме уже представленный факт, что Божий план – это единое гармоничное целое, осуществляемое через Христа, и что дело второго пришествия тесно связано с делом первого, как последствие с причиной: т.е. великое дело Реституции при втором пришествии следует за делом Искупления, совершенном при первом пришествии, как логический результат согласно божественному плану. Поэтому, возвращение Господа является рассветом надежды для мира , временем дарования милостей, обеспеченных искуплением, а Евангельский век – это лишь вставной интервал, на протяжении которого избирается невеста Христа, чтобы объединиться со своим Господом в великом деле реституции, для осуществления которого Он приходит.

Поскольку Церковь Христа, развивавшаяся на протяжении Евангельского века, должна объединиться со своим Господом в великом деле реституции Тысячелетнего века, то первым делом Христа во время второго пришествия должно быть собрание Своей избранной Церкви, о которой говорит пророк (Пс. 49: 5) словами: “Соберите ко Мне святых Моих, вступивших в завет со Мною при жертве”. Это сбор, или время жатвы составляет период, в котором эти два века заходят друг за друга. Как будет показано, это – период сорока лет 2 , который завершает Евангельский век и вводит Тысячелетний век (смотрите том I, стр. 219-221; 234-237; и Карту Веков). Этот период жатвы не только осуществляет отделение пшеницы от плевел в номинальной Евангельской церкви, а также собирание и прославление класса пшеницы, но он должен также осуществить сожжение (уничтожение) плевел (как плевел, или поддельной пшеницы – не как личностей: огонь уничтожения является символическим, как и плевелы), собрание и уничтожение непотребного урожая “винограда на земле” (человеческого честолюбия, жадности и эгоизма), который рос и созревал веками в царствах этого мира и в различных гражданских и общественных организациях людей.

2 Смотрите Предисловие Автора ( 1916 г .), стр.. .

Несмотря на то, что при обсуждении цели возвращения нашего Господа мы показали, что это будет личное пришествие, мы опять поможем исследователю избежать недоразумения при рассмотрении двух на первый взгляд противоречивых выражений нашего Господа: “Я с вами во все дни до скончания века” ( aionos – век), – и, – “Я иду приготовить место вам... приду опять и возьму вас к Себе” (Мат. 28: 20; Иоан. 14: 2, 3). Следующий пример послужит нам иллюстрацией гармоничности этих двух обещаний. Один человек говорит другому, прощаясь: “Помни – я буду с тобой все время в твоем пути”. Как? Безусловно не лично, потому что они сели в поезда, идущие в противоположных направлениях к отдаленным пунктам. Смысл состоял в том, что в любви, в мыслях и в заботе друг о друге они будут нераздельны. В подобном, но более полном смысле, Господь всегда был со Своей Церковью, Его божественная сила позволяла Ему присматривать за ними, направлять и помогать им, от первого до последнего. Но сейчас мы рассматриваем не присутствие нашего Господа с нами в таком образном смысле, но способ Его второго личного пришествия и явления, “когда Он придет прославиться во святых Своих и явится дивным в день оный”.

Св. Писание учит нас, что Христос приходит вновь, чтобы царствовать; что Он должен царствовать, доколе низложит всех врагов под ноги Свои (всех противников, все, что стоит на пути великой реституции, для осуществления которой Он приходит), а последний, который будет истреблен, – это смерть (1 Кор. 15: 25, 26); и что Он будет царствовать тысячу лет. И поэтому, как и следовало ожидать, мы видим, что в пророчестве намного больше внимания уделяется второму пришествию, его тысячелетнему триумфальному царствованию и уничтожению зла, чем тридцати четырем годам первого пришествия для искупления. Мы убедились, что пророчества касаются разных важных пунктов этих тридцати четырех лет – от Вифлеема и Назарета до желчи и уксуса, деления одежды, креста, гроба и воскресения. Но мы также видим, что пророчества подобным образом касаются разных пунктов тысячи лет второго присутствия, и прежде всего их начала и конца.

Второе присутствие нашего Господа будет охватывать значительно более длинный период времени, чем первое. Миссия Его первого пришествия закончилась менее чем за тридцать четыре года, тогда как потребуется тысяча лет, чтобы выполнить предназначенную работу Его второго присутствия. И поэтому с первого взгляда видно, что хотя дело первого пришествия было не менее важным, чем дело второго (хотя оно было настолько важным , что дело второго пришествия никогда бы не было возможным без него) , однако оно не было таким разнообразным, и поэтому нуждалось в меньшем описании, чем дело второго пришествия.

При рассмотрении второго пришествия нам не следует (не больше, чем при первом пришествии) ожидать, чтобы все пророчества указывали на один конкретный важный момент прибытия нашего Господа и обращали внимание всех людей на факт Его присутствия. Обычно Бог так не поступает: так не произошло и при первом пришествии. Первое пришествие Мессии не было обозначено каким-то неожиданным или удивительным, из ряда вон выходящим, представлением, а проявлялось и доказывалось постепенным осуществлением пророчества, показывающим мыслящим наблюдателям, что события, которых следовало ожидать, происходили вовремя. И так будет при Его втором пришествии. То, что мы находим точный момент Его прибытия, менее важно, чем то, что мы различаем факт Его присутствия, когда Он уже прибыл, – как и при первом пришествии было важно суметь осознать Его присутствие (и чем быстрее, тем лучше), и менее важно было знать точную дату Его рождения. При рассмотрении второго пришествия слишком часто думают о самом действии прихода и моменте прибытия, тогда как следовало бы думать об этом как о периоде присутствия – как было с первым пришествием. Точный момент, с которого начиналось бы это присутствие, казался бы тогда менее важным, а Его цель и дело на протяжении периода Его присутствия удостоились бы большего внимания.

Мы также должны помнить, что наш Господь больше не является человеческим существом; что как человеческое существо Он дал Себя как выкуп за людей, став человеком именно с этой целью (1 Тим. 2: 6; Евр. 10: 4, 5; 1 Кор. 15: 21, 22). Он сейчас превознесен к божественной природе. Поэтому ап. Павел говорил: “Потому отныне мы никого не знаем по плоти; если же и знали Христа по плоти, то ныне [таким] уже не знаем” (2 Кор. 5: 16). Он был поднят из мертвых как животворящее духовное существо (1 Кор. 15: 45), а не как человек, из земли перстный. Он ни в коем смысле и ни в коей мере уже не является человеком. Нам не следует забывать усвоенного (смотрите том I, гл. 10), – что природы раздельны и непохожи. Поскольку Он уже ни в коем смысле или мере не является человеческим существом, то нам не следует надеяться, что Он придет снова как человеческое существо, как при первом пришествии. Его второй приход должен быть другим способом, а также с другой целью.

Учитывая факт, что изменение нашего Господа из человеческой к божественной природе при Его воскресении было даже большим изменением, чем то, которое произошло около тридцати четырех лет раньше, когда Он оставил славу духовного существа и “стал плотью”, мы можем с огромной пользой для себя очень подробно рассмотреть каждое Его действие на протяжении сорока дней после Его воскресения, прежде чем Он пошел “к Отцу”, потому что именно воскресший Иисус тех сорока дней должен прийти вновь, а не человек Иисус Христос, Который дал Себя как выкуп за нас в Своей смерти. Тот, Который был предан смерти плотским существом, в Своем воскресении ожил [был оживлен] духовным существом (1 Пет. 3: 18)*.

*Греческий текст этого отрывка звучит просто: “Преданная смерти плоть, оживленный дух”. Наш Господь был предан смерти, будучи плотью, или человеческим существом, и был поднят из мертвых духовным существом. А поскольку Церковь должна быть “изменена” , чтобы стать похожей на Христа, то очевидно, что изменение, которое произошло в Главе, было сродни тому, которое, согласно написанному, приготовлено для победителей. Они будут изменены из человеческого к духовному естеству, и станут похожими на Него – “причастниками Божеского естества”. Поэтому, следующее описание изменения святых применимо также к их Господу: “Сеется в унижении, восстает в славе; сеется в немощи, восстает в нетлении; сеется тело душевное, восстает тело духовное”.

Во время Своего второго пришествия Он не приходит подчиняться существующим властям, платить дань цезарю и терпеть унижение, несправедливость и насилие, а приходит царствовать, применяя всю силу на небе и на земле. Он не приходит в теле Своего унижения, в человеческом теле, которое Он взял для претерпения смерти, низшее по отношению к Его предыдущему славному телу (Евр. 2: 9), а в Своем славном, духовном теле, которое является “сиянием славы и образом ипостаси Его [Отца]” (Евр. 1: 3). Ведь благодаря Его послушанию до самой смерти Он сейчас высоко превознесен к божественному естеству и подобию, и Ему дано имя выше всякого имени – кроме имени Отца (Фил. 2: 9; 1 Кор. 15: 27). Апостол показывает, что “еще не открылось” нашему человеческому пониманию, чему Он сейчас подобен, поэтому мы не знаем, чему будем подобны мы, когда станем подобны Ему, но мы (Церковь) можем радоваться уверением, что однажды будем с Ним, будем подобны Ему и увидим Его, как Он есть (1 Иоан. 3: 2), – не как Он был при Своем первом пришествии в унижении, когда оставил Свою предыдущую славу и стал бедным для нас, чтобы Его бедностью мы смогли обогатиться.

Размышления о той мудрости и предусмотрительности методов нашего Господа, с которой Он проявлял Свое присутствие учениками после Своего воскресения, да и раньше, могут помочь нам осознать, что во время второго пришествия та же мудрость будет выражаться в Его методах явления Себя как Церкви, так и миру – не обязательно теми же методами, но в каждом случае полностью отвечающими Его цели. А Его целью никогда не было тревожить или волновать людей, а лишь склонить их спокойное, мирное рассуждение о великих истинах к тому, чтобы те произвели на них впечатление. Первое пришествие нашего Господа не было потрясающим, возбуждающим или тревожащим событием. Как тихо и скромно Он пришел! Настолько, что только имеющие веру и смирение были в состоянии узнать в младенце низкого происхождения, в человеке скорбей, в друге кротких и бедных, и, наконец, в распятом, долгожданного Мессию.

Проявление Его присутствия после воскресения было бы по своей сути фактом более поразительным, особенно, если принимать во внимание Его измененное естество. Однако Его воскресение, вместе с фактом Его измененного естества, еще не должно было в то время стать полностью очевидным для всего мира, а лишь для избранных свидетелей, которые дали бы об этом факте достоверное свидетельство последующим поколениям. Если бы тогда весь мир ознакомился с этим фактом, то, вероятно, свидетельство, дошедшее до наших дней, заслуживало бы значительно меньшего доверия, будучи так приукрашено и искажено человеческими идеями, и перемешано с их традициями, что истина могла бы оказаться почти или совсем невероятной. Но Бог доверил ее только избранным, верным и достойным свидетелям. И, обращаясь к описанию, пусть каждый обратит внимание, как совершенно была достигнута цель, и как ясно, определенно и убедительно было представлено им свидетельство о воскресении и изменении Христа. Также заметьте, с какой заботой Он старался лишний раз их не тревожить или приводить в изумление, когда открывал и подчеркивал эти великие истины. И будьте уверены, что та же мудрость, осмотрительность и мастерство будет продемонстрирована в Его методах известить о факте Своего славного присутствия при Его втором пришествии. Это непременно станет убедительным для всякого спокойного, здравого ума, хотя всему миру будут необходимы строгие наставления, чтобы прийти к надлежащему состоянию для принятия свидетельства – в то время как имеющие праведное сердце овладеют этими блаженными сведениями раньше. Ученики не сразу получили все доказательства Его воскресения и перемены к духовному естеству, а лишь в меру того, как они могли их принимать, и способом, рассчитанным на то, чтобы произвести самое глубокое впечатление.

На протяжение трех с половиной лет служения нашего Господа Его ученики пожертвовали друзьями, репутацией, занятием и т.п., чтобы посвятить время и силы для возвещения присутствия Мессии и установления Его царства. Но, понятно, что у них были незрелые понятия о способе и времени возвышения их Учителя, а также об обещанном возвышении с Ним. Да и не было тогда необходимости в полном знании: было вполне достаточно, чтобы они верно делали каждый шаг, когда тот ставал уместным. Поэтому Учитель учил их понемногу, в меру их восприятия. И незадолго до конца Своего служения Он сказал: “Еще многое имею сказать вам, но вы теперь не можете вместить. Когда же придет он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину; ибо не от себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам” (Иоан. 16: 12, 13; 14: 26).

Невозможно передать их огромное разочарование (несмотря на то, что, насколько возможно, они были подготовлены к этому), когда они увидели, как неожиданно забрали от них и позорно, как преступника, распяли Того, Чье царство и славу они ждали и возвещали, и которое еще за пять дней до Его распятия казалось им таким близким осуществления (Иоан. 12: 1, 12-19). Хотя они знали, что Он ложно обвинен и незаконно распят, это не меняло факта, что их долголелеянные национальные мечты о иудейском царе, который вернул бы их народу влияние и власть, вместе с их личными надеждами, амбициями и воздушными замками о важных постах и высоких почестях в царстве, внезапно рухнули с неблагоприятным поворотом событий при распятии их царя.

Учителю было хорошо известно, какими покинутыми, беспомощными и растерянными почувствуют они себя, ведь так было написано пророком: “Порази пастыря, и рассеются овцы” (Зах. 13: 7; Мар. 14: 27). И на протяжении сорока дней между воскресением и вознесением Его главной заботой было снова собрать их, вернуть им веру в Него как долгожданного Мессию, доказав им факт Своего воскресения, после которого Он, сохраняя ту же индивидуальность, уже не был человеческим, а возвышенным духовным существом, имеющим “всякую власть на небе и на земле” (Мат. 28: 18).

Он возвещал им о Своем воскресении постепенно – сперва через женщин (Марию Магдалину, Иоанну, Марию Иаковлеву, Саломею и других с ними – Мар. 16: 1; Лук. 24: 1, 10), которые пришли ранним утром к гробу, чтобы намазать Его мертвое тело душистыми благовониями. Пока они задавались вопросом, кто бы мог отвалить камень от входа в гроб, произошло землетрясение, и когда они пришли, то обнаружили камень уже отваленным, а ангел Господний сидел на нем, обращаясь к ним словами: “Не бойтесь, ибо знаю, что вы ищите Иисуса распятого. Его нет здесь: Он воскрес, как сказал ; подойдите, посмотрите место, где лежал Господь, и пойдите скорее, скажите ученикам Его, что Он воскрес из мертвых и предваряет вас в Галилее: там Его увидите; вот я сказал вам” (Мат. 28: 5-7).

Вероятно, Мария Магдалина оставила других женщин и побежала известить Петра и Иоанна (Иоан. 20: 1, 2), в то время, как те пошли известить остальных учеников. И после того, как она оставила их, Иисус явился другим женщинам по дороге, говоря: “Радуйтесь” (Мат. 28: 9, 10). И они приступили к Нему, прильнули к Его стопам и поклонились Ему. Тогда Иисус сказал: “Не бойтесь; пойдите, возвестите братьям Моим, чтобы шли в Галилею, [их дом], и там они увидят Меня”. С трепетом и радостью они побежали известить других учеников. Со смешанными чувствами неожиданности, замешательства, радости и страха, и в полной растерянности они едва ли представляли, как поделиться тем необычным и прекрасным, что случилось с ними. Когда Мария встретила Петра и Иоанна, она грустно сказала: “Унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его (Иоан. 20: 2). Другие женщины рассказали, как около гроба они имели видение ангелов, которые говорили, что Он жив (Лук. 24: 22, 23), и как потом они встретили Господа по дороге (Мат. 28: 8, 10).

Большинство учеников, вероятно, восприняли их рассказ просто как суеверное возбуждение, но Петр и Иоанн сказали, что пойдут посмотреть сами, и Мария вернулась к гробу с ними. Все, что Петр и Иоанн увидели, это то, что тело исчезло, что могильные пелены аккуратно свиты и положены рядом, и что камень отвален от входа. В недоумении они вернулись назад, а Мария все еще осталась там, плача. Со слезами она сошла, чтобы заглянуть в гроб, и увидела двух ангелов, которые сказали: “Жена, что ты плачешь?” Она ответила: “Унесли Господа моего, и не знаю, где положили Его”. И повернувшись, она увидела перед собой Иисуса, но не узнала Его. Он спросил: “Жена, что ты плачешь? Кого ищешь?” И она, приняв Его за садовника, ответила: “Господин, если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его”. Тогда давним знакомым тоном, который она быстро узнала, Господь сказал: “Мария!”

Этого было достаточно, чтобы она поверила словам ангела о Его воскресении, которое до этого казалось сном или басней. И от радости она воскликнула: “ Учитель! ” Ее первым порывом было обнять Его и остаться в Его присутствии. Но Иисус ласково дал ей понять, что сейчас ей надо выполнить очень важное поручение – засвидетельствовать факт Его воскресения, и что ей следует побыстрее принести весть и внушить веру другим ученикам, все еще находящимся в замешательстве и сомнениях. Он сказал: “Не прикасайся [греческое haptomai – обнимать] ко Мне [не трать сейчас времени, чтоб выражать свои чувства], ибо Я еще не восшел к Отцу Моему [Я еще буду с вами какое-то время]; а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему (Иоан. 20: 17). Также через других женщин Он послал им весть, что встретит их в Галилее.

Дальше, Он догнал двоих учеников, печальных и растерянных, идущих из Иерусалима в Еммаус, и поинтересовался причиной их печали и отчаяния (Лук. 24: 13-35). Один из них ответил: “Неужели Ты один из пришедших в Иерусалим не знаешь о происшедшем в нем в эти дни? – И сказал им: О чем? – Они сказали Ему: Что было с Иисусом Назарянином, Который был пророк, сильный в деле и слове пред Богом и всем народом. Как предали Его первосвященники и начальники наши для осуждения на смерть и распяли Его. А мы надеялись-было, что Он есть Тот, Который должен избавить Израиля; но со всем тем, уже третий день ныне, как это произошло [здесь, вероятно, они имели ввиду Иоан. 2: 19, 21, 22]. Но и некоторые женщины из наших удивили нас: они были рано утром у гроба и не нашли тела Его, и пришедши сказывали, что они видели и явление ангелов, которые говорили, что Он жив; и пошли некоторые из наших ко гробу и нашли так, как и женщины говорили; но Его не видели”.

Ничего удивительного, что они были растеряны. Каким странным все это казалось! Какими особенными и волнующими были события последних нескольких дней!

Тогда странник обратился к ним с волнующей проповедью из пророчеств. Он показал им, что те самые события, которые привели их в такое уныние, были пророческими предсказаниями об истинном Мессии: что прежде, чем Он мог бы править, благословлять и поднимать Израиль и весь мир, Ему надо было искупить их Своей собственной жизнью из проклятия смерти, которое перешло на всех через Адама. И только после этого их Учитель, поднятый к жизни и славе Иеговой, будет осуществлять все написанное пророками о Его будущей славе и чести – точно так же, как Он исполнял пророчества, предсказывавшие Его страдания, унижение и смерть. Чудесный проповедник! И чудесная проповедь! Это зародило новые представления и открыло новые ожидания и надежды. И приближаясь к деревне, они уговаривали Его остаться с ними, так как день склонялся к вечеру. Он вошел и остался. А когда ужинал с ними, то взял хлеб, преломил и дал им. Тогда их глаза открылись, но Он стал невидимым.

Вплоть до этого момента они не узнавали Его, хотя шли, беседовали и ужинали вместе. Но не лицо подсказало им, что это Он, а простой поступок благословления и преломления хлеба (старым знакомым способом), и это утвердило их веру в то, что они уже слышали, – что Он воскрес и встретится с ними вновь.

Тогда двое удивленных и преисполненных радости учеников тот час же встали и возвратились в Иерусалим, говоря друг другу: “Не горело ли в нас сердце наше, когда Он говорил нам по дороге и когда изъяснял нам Писания?” Прибыв в Иерусалим, они нашли остальных, также радующихся, говоря: “Господь истинно воскрес и явился Симону”. И они рассказали, что произошло по дороге и как они узнали Его по преломлению хлеба. Вероятно, почти все собрались там в тот вечер, позабыв о домах, делах и о всем остальном: Мария Магдалина, говорящая со слезами радости: “Я узнала Его с того момента, как Он позвал меня по имени. До этого я не могла поверить словам ангела о Его воскресении”. Другие женщины рассказывали о том чудесном происшествии с ними утром, и о том, как они встретили Его по дороге. Потом и Симону было что рассказать. А теперь появились еще два свидетеля из Еммауса. Что за богатый событиями день! Ничего удивительного, что после этого им хотелось собираться каждый первый день недели, чтобы опять обсуждать случившееся и освежать в памяти все обстоятельства, связанные с этим прекрасным событием воскресения Господа. Это заставляло “пылать” их сердца снова и снова.

И когда, взволнованные и преисполненные радостью, они снова собрались в тесном кругу, рассказывая друг другу о происшедшем с ними, Сам Господь Иисус внезапно стал посреди них (Лук. 24: 36-49) и сказал: “Мир вам!” Откуда Он появился? Каждое такое собрание проводилось тайно, при закрытых дверях из-за страха перед иудеями (Иоан. 20: 19, 26), а тут такое неожиданное появление, без всякого видимого приближения. И они испугались, думая, что видят духа. Тогда Он успокоил их, сказал, чтобы они не боялись, и показал Свои руки и ноги, говоря: “Это – Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите, ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня”. Когда же они от радости еще не верили и дивились, Он сказал им: “Есть ли у вас здесь какая пища?” И они дали Ему кусок печеной рыбы, а Он взял и ел перед ними. Тогда Он открыл их понимание, их глаза разума, и разъяснил им Писание, показывая из Закона и пророчеств, что эти события произошли точно так, как были предсказаны. Но Фомы не было (Иоан. 20: 24), и когда другие ученики рассказали ему, что видели Господа, тот не мог поверить, сказав при этом: “Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю”.

Прошло восемь дней без каких-либо новых проявлений. У них было время спокойно подумать и снова обсудить происшедшее в тот чудесный день. Ученики собрались опять, и тогда Иисус стал среди них, точно так, как в первый вечер, говоря: “Мир вам!” (Иоан. 20: 26). На этот раз был и Фома, и Господь обратился к нему: “Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим”. Он таким образом показал, что Ему были известны слова Фомы без донесения, и дал доказательство Своего воскресения, которое, по словам Фомы, удовлетворило бы его. И с радостью Фома ответил: “Господь мой и Бог мой!”

После этого, должно быть, прошло достаточно времени, пока появилось какое-то новое проявление Господнего присутствия, и ученики, бывшие галилеянами, начали подумывать о своих домах и о будущем. Помня Господнее послание через женщин, что Он предварит их в Галилее, они направились туда. Вероятно, по дороге Господь встретил их (как пишет Матфей) на горе. Они были в растерянности. Они уже не чувствовали той близости, которая была с Ним раньше. Казалось, что со времени Его распятия Он совсем не такой, каким был раньше: появлялся и исчезал в необычных ситуациях и местах; уже не был похож на “человека Иисуса Христа”, – отсюда и слова Матфея: “И, увидевши Его, поклонились Ему, а иные усомнились”. Обменявшись несколькими словами с ними, Господь “стал невидим”, оставляя их в недоумении, что же еще может произойти. Какое-то время после их возвращения в Галилею не было особенных происшествий. Не было никаких дальнейших проявлений Господнего присутствия. Нет сомнений, что они собирались и обсуждали эту ситуацию, задаваясь вопросом, почему Он не показывается им чаще.

В ожидании дни и недели тянулись для них чрезвычайно долго. Они уже давно оставили обычные жизненные заботы, чтобы идти за Господом с одного места в другое, учась от Него и проповедуя другим: “Приблизилось Царство Небесное” (Мат. 10: 5-7). Им не хотелось теперь возвращаться к прежним делам, но как им трудиться в Господнем деле? Они достаточно ясно оценивали ситуацию и понимали, что уже не могут как раньше проповедовать о приближении Царства, ведь все знали, что их Учитель и Царь распят, а никому, кроме них, не было известно о Его воскресении. И когда все одиннадцать находились в таком недоумении и беспокойстве, ожидая чего-то, сами не зная чего, Петр сказал, что нельзя больше сидеть без работы: “Иду ловить рыбу (возвращаюсь к своему старому занятию)”. А шесть других сказали: “Идем и мы с тобой” (Иоан. 21: 3). И, вероятно, остальные тоже возвратились к своему старому занятию.

Кто может усомниться, что Господь много раз невидимо присутствовал с ними во время их разговоров, улаживая и направляя ход событий и т.п. для их наивысшего добра? Если бы они достигли большого успеха и их поглотил интерес к делам, то вскоре они оказались бы непригодными для высшей службы, а если бы их постигла неудача, то это выглядело бы как принуждение. Поэтому Господь выбрал план, дающий им урок (чему Он часто учит Своих последователей), что Он может руководить успехом или неудачей всяческих их усилий, если Ему угодно.

Старая компания рыбаков ожила: собрала свои лодки, сети и т.д., и вышла на свой первый лов. Но промучившись всю ночь и не поймав ни одной рыбы, они начали приходить в уныние. Утром незнакомец на берегу спрашивает их об успехе. ‘Никудышний! Мы ничего не поймали', – ответили они. ‘Попробуйте еще раз, – сказал незнакомец, – бросьте теперь свои сети по другую сторону лодки'. ‘Все даром, незнакомец, мы пробовали по обе стороны всю ночь напролет, и если была бы рыба по одну сторону, то была бы и по другую. Хотя, мы попробуем снова, и сам увидишь'. Они это сделали и получили огромный улов. ‘Странно', – говорили некоторые. Но быстрый и восприимчивый Иоанн сразу все понял и сказал: ‘Братья, ведь только Господь мог сделать такое. Разве вы не помните, как Он накормил массу людей? Это, должно быть, Господь там на берегу, и это еще один избранный Им способ показаться нам. Разве вы не помните, что все было именно так, когда Он впервые призывал нас? Тогда мы тоже трудились всю ночь и ничего не поймали, пока Он не сказал нам: “Закиньте сети свои для улова” (Лук. 5: 4-11). Да, вне всякого сомнения, это Господь, хотя после Его воскресения мы не можем узнать Его по внешности. Сейчас Он появляется в разных обликах, но каждый раз мы узнаем Его по какому-то особому обстоятельству, вроде этого, которое напоминает нам о каком-то конкретном случае из нашего совместного с Ним прошлого'.

И когда они добрались до берега и увидели, что у Иисуса есть хлеб и рыба, то поняли, что под Его руководством, под Его заботой и в Его службе они не станут умирать от голода (Лук. 12: 29, 30). Они не спрашивали Его, Господь ли Он, потому что в этом случае, как и в других, когда глаза их понимания были открыты, они узнали Его не по внешнему виду, а по чуду. В этот восхитительный час слышались наставления, которые уверяли Петра в его дальнейшем принятии, несмотря на его отречение от Господа. Ведь, плача, он раскаивался в нем. Теперь он заново осознал любовь своего Учителя и свою дальнейшую привилегию пасти овцы и ягнята. Мы как бы слышим, как Господь говорит: ‘Не надо, Петр, возвращаться к рыбацкому занятию. Когда-то Я призвал тебя быть рыболовом людей, и зная, что твое сердце остается таким же преданным и усердным, возобновляю твое полномочие как рыболова людей'.

“И, собрав их, Он повелел им: не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца, о чем вы слышали от Меня. Ибо Иоанн крестил водою, а вы чрез несколько дней после сего будете крещены Духом Святым” (Деян. 1: 4). Так, согласно указанному, они пришли в Иерусалим, и здесь, сорок дней после Его воскресения, Он последний раз встретился и разговаривал с ними. Они набрались мужества в этот раз спросить Его о Царстве, обещанном им: “Не в сие ли время, Господи, восстановляешь Ты царство Израилю?” Эта мысль о царстве преобладала в разуме каждого иудея. Насколько они понимали – Израиль должен быть во главе всех народов под Мессией. Им не было известно о долгих Временах Язычников, и они не видели, что главное благословение отнято от Израиля по плоти (Мат. 21: 43; Рим. 11: 7), и что им самим предстоит быть членами нового (духовного) Израиля, царственного священства и святого народа, посредством которого, как тела Христа, придут благословения для мира. Все это еще не было им понятно. Да и как могло быть? Они еще не получили Святого Духа усыновления, и дальше находились под приговором. Ведь хотя выкупная жертва была сложена Искупителем, она еще формально не была представлена за них в Святом Святых, в самом небе (Иоан. 7: 39). Поэтому наш Господь не дал им никаких объяснений по поводу их вопроса, а просто сказал: “Не ваше [сейчас] дело знать времена или сроки, которые Отец положил в Своей власти; но вы примите силу, * когда сойдет на вас Дух Святый, и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли” (Деян. 1: 7, 8).

*Эта обещанная сила знать и понимать времена и сроки, а также все, что касается верного свидетельствования , применима ко всей Церкви – от первого до последнего; и под руководством и силой Святого Духа обеспечивается пища вовремя относительно каждой черты плана, чтобы мы могли быть Его свидетелями, даже до окончания этого века (сравните Иоан. 16: 12, 13).

Когда они пришли на Елеонскую гору, то идущий с ними Господь поднял руки Свои и благословил их, а потом стал отдаляться и возноситься, так что облако скрыло Его от их глаз (Лук. 24: 48-52; Деян. 1: 6-15). Теперь Божий план стал для них более понятным. Господь, Который сошел с небес, вернулся к Отцу, как и говорил до Своей смерти, – пошел приготовить им место и придет снова их взять; отправился в далекую страну получить обещанное царство и вернуться (Лук. 19: 12). А между тем они должны быть Его свидетелями по всей земле, чтобы призывать и готовить народ принять Его, когда Он придет прославиться в святых Своих и царствовать как Царь царей и Господь господ. Они понимали, что их новая миссия – провозглашать каждому существу Царя, идущего с неба “со всякой властью на небе и на земле”. Они понимали, что эта работа куда важнее, чем та, которую они выполняли в прежние годы, когда они возвещали “человека Иисуса Христа” и следовали за Тем, Кто был “презрен и умален пред людьми”. Их воскресший Господь и вправду изменился – не только в Своем личном облике (появляясь то в одном виде и месте, то в другом, и показывая “всю силу” Свою), но также в Своем состоянии, или естества. Он уже не обращался к иудеям и не показывался им. С Его воскресения никто Его не видел (в каком бы то ни было смысле), кроме друзей и последователей. Так подтвердились Его слова: “Еще немного, и мир уже не увидит меня”.

Вот так вера апостолов и ранней Церкви получила подтверждение факта воскресения Господа. Их сомнения рассеялись, а сердца наполнились радостью. Они вернулись в Иерусалим и пребывали в молитвах, просьбах и исследовании Писания, ожидая обещанного Отцом усыновления и наделения духовным пониманием и особыми чудесными дарами силы (в день Пятидесятницы), чтобы быть в состоянии убедить истинных израильтян и организовать Евангельскую Церковь (Деян. 1: 14; 2: 1).

Хотя наш Господь во время второго пришествия не будет проявлять Своего присутствия таким же образом, как в течении тех сорока дней после Своего воскресения, однако у нас есть Его уверение, что “братья” не будут “во тьме”. Более того, у нас будет помощь, которой у них не могло быть и не было на протяжении тех сорока дней, – сила свыше, чтобы вести нас к пониманию каждой истины (для которой пришло время), и чтобы, как обещано, показывать нам будущее . Поэтому в надлежащее время нам будут полностью понятны способ, время и сопутствующие обстоятельства Его явления, которое (если его внимательно ожидать и заметить, хотя оно и другого рода) будет не менее убедительным, чем предоставленные ранней Церкви доказательства воскресения нашего Господа.

Несомненно наш Господь в Своем втором пришествии мог бы принимать человеческий вид и тем самым показываться людям, как Он являлся ученикам после Своего воскресения. Мы в этом уверены не только потому, что Он показывался в человеческом облике на протяжении сорока дней, но и потому, что и раньше духовные существа проявляли способность являться людьми во плоти и в разных обликах. Но, как мы убедимся, такое появление было бы несозвучно с лейтмотивом Божьего плана и с предоставленными библейскими указаниями по поводу способа Его проявлений. Господний план как раз состоит в том, чтобы Его духовное царство имело связь, действовало и проявляло свое присутствие и власть посредством земного, человеческого фактора. Так же, как князь этого мира, сатана, будучи невидимым для людей, широко осуществляет свое влияние в мире с помощью тех, кто ему подвластен и кем владеет и управляет его дух, так и новый Князь Мира, Господь, в основном будет действовать и проявлять Свое присутствие и силу посредством человеческих существ, которые Ему подвластны и которыми владеет и руководит Его дух.

Видеть физическими глазами и слышать физическими ушами – это еще не предел всего, что можно видеть и слышать. Ведь “Бога не видел никто никогда”, однако все Божьи дети видели Его, познали Его и общались с Ним (Иоан. 1: 18; 5: 37; 14: 7). Мы слышим Божий призыв, наше “вышнее звание”, слышим голос нашего Пастыря, постоянно взираем на Иисуса и видим награду, корону жизни, которую Он обещает, не с помощью физического зрения и слуха, а с помощью нашего понимания. Намного ценнее тот (предстающий перед глазами разума и веры) вид нашего прославленного Господа как духовного, высоко возвеличенного Царя славы, нашего Искупителя и также нашего Царя, чем Его вид, который показывался физическому глазу до Пятидесятницы.

Показываться так нашему Господу Своим ученикам после воскресения было необходимо, но во время Его второго пришествия этой необходимости не существует. Его цели в этом случае лучше послужит другой способ. По сути, такое появление при Его втором пришествии лишь повредило бы цели, которой в то время надлежит осуществиться. Он показывался Своим ученикам после воскресения с целью убедить их, что Тот, Который был мертв, жив навеки, чтобы они могли идти как свидетели факта Его воскресения (Лук. 24: 48), и чтобы их свидетельство могло быть прочной основой для веры следующих поколений. Поскольку ни один человек не может быть принят Богом (получить Святого духа усыновления) без веры в Христа, то не только для учеников, но и для всех с тех пор возникла необходимость, чтобы доказательства Его воскресения и изменения были доступны и понятны для обычных людей . После того, как они стали соучастниками Святого Духа и поняли духовные вещи (смотрите 1 Кор. 2: 12-16), они уже могли бы поверить ангелам у гроба, что Он воскрес из состояния мертвых, даже если бы они видели тело человека Иисуса Христа, все еще лежащее там. Но никак не раньше – тело должно было исчезнуть, чтобы они смогли поверить в Его воскресение. После того, как Святой Дух наделил их способностью различать духовное, они могли бы поверить свидетельству пророков (что Он должен умереть, и воскреснет из мертвых, и что будет высоко возвеличен как Царь славы) без всякой необходимости Ему показываться в образе человека, принимая различные тела, словно одеяния, чтобы они могли прикасаться к Нему и видеть Его возносящимся на небо. Но все это было нужно и для них и для всех обычных людей. Чтобы понимать духовное, мы верой приближаемся к Богу через Него и получаем прощение грехов и Духа усыновления.

Даже если наш Господь и устранял естественные преграды для веры, принимая человеческий облик и т.д., Он одинаково убеждал и делал учеников свидетелями для других не с помощью их физического зрения и прикосновения, а рассуждением с ними над Писаниями: “Тогда отверз им ум к уразумению Писаний и сказал им: так написано, и так надлежало пострадать Христу и воскреснуть из мертвых в третий день, и проповедано быть во имя Его покаянию и прощению грехов во всех народах, начиная с Иерусалима. Вы же свидетели сему ” (Лук. 24: 45-48). Ап. Петр также ясно излагает этот вопрос: “Сего Бог воскресил в третий день и дал Ему являться не всему народу , но свидетелям, предизбранным от Бога, которые с Ним ели и пили, по воскресении Его из мертвых; и Он повелел нам проповедывать людям и свидетельствовать, что Он [воскресший Иисус] есть определенный от Бога Судья живых и мертвых” (Деян. 10: 40-42) (Перевод Diaglott) .

Для нашего Господа, после Его воскресения, это был просто вопрос выбора, каким способом лучше явиться Своим ученикам для достижения Своей цели – известить о Своем воскресении и изменении естества. Если бы Он явился как пылающий огонь , как явился ангел Моисею в пылающем кусте (Исх. 3: 2), то, фактически, мог бы поговорить с ними, но такое доказательство было бы далеко не столь убедительным (и для апостолов, и для мира в целом, для которого они свидетельствовали), как способ, выбранный Им.

Если бы Он явился в славе духовного облика, как явился ангел Даниилу (Дан. 10: 5-8), то слава была бы намного больше, чем свидетели могли бы вынести. Они, наверное, так бы испугались, что не смогли бы воспринимать Его наставлений. Никому, за исключением Павла, Господь никогда таким не показывался. Но и Павел был так сражен этой вспышкой Его славы, что упал на землю и ослеп от ее яркости, превосходящей даже солнце в полдень.

Рассматривая способ проявления, который наш Господь выбрал на протяжении тех сорока дней, мы увидели, что даже для избранных свидетелей Он “позволил” Себе показаться только несколько раз, и то лишь ненадолго. Если бы все то время, когда Он являлся им, собрать в один день (вместо коротких отрывков на протяжении сорока дней), то, вероятно, это составило бы менее двенадцати часов, или восьмидесятую часть всего этого периода. Если это правда, то вполне очевидно, что невидимым Он оставался с ними где-то семьдесят девять восьмидесятых этого сорокадневного периода. И даже являясь им, Он не имел точно такого же вида (разве что повторно для Фомы), который был им так хорошо знаком на протяжении трех лет, или который они видели каких-то несколько дней назад. Ни разу и близко не упоминается о том, что они узнали Его по знакомым чертам Его лица, или по тому самому внешнему виду, как в других случаях.

Мария предположила, что Он – “садовник”. Для двоих по дороге в Еммаус Он был “странником”. А для рыбаков на Галилейском море и для одиннадцати в верхней комнате Он показался незнакомцем. Каждый раз Его узнавали по поступкам, по словам или по знакомым ноткам в Его голосе.

Когда Фома заявил, что примет только то доказательство, которое промолвит к его буквальному взору и прикосновению, Господь, хотя и удовлетворил его требование, мягко укорил его словами: “Ты поверил, потому что увидел Меня: блаженны не видевшие и уверовавшие (Иоан. 20: 27-29). Самое сильное доказательство как раз не предназначалось для физического зрения. И намного блаженнее те, которые готовы принимать истину с помощью любых доказательств, которыми Богу угодно ее подтвердить.

Этим Он показал им, что теперь не только имеет силу являться различным образом и в различных обликах, но и что ни одно из этих тел, которые они видели, не было Его духовным, славным телом, хотя факты Его воскресения и присутствия были им представлены именно таким образом. Различные облики и долгие промежутки невидимого присутствия (без каких-либо внешних проявлений) свидетельствовали о том, что хотя их Господь и Учитель жив и еще не взошел к Отцу, теперь Он духовное существо, вправду невидимое для человеческого глаза, но способное проявлять Свое присутствие и силу любым желаемым путем.*

*Случай, записанный Лукой (4: 30), не следует считать подобным Его явлению и исчезновению после Его воскресения. Это не было исчезновением в значении стать невидимым для людей. Это было всего лишь ловкое, быстрое движение, которым Он ускользнул от преступного умысла Своих врагов. До того, как они осуществили свои планы убить Его, Он повернулся и прошел среди них, и никому не хватило ни мужества, ни силы причинить Ему вред, потому что не пришел еще Его час.

Создание тела и одежды, в которых Он явился в той самой комнате, где они собрались, было безоговорочным доказательством того, что Христос уже не был человеческим существом, хотя Он убедил Своих учеников, что тело, которое они видели и к которому Фома прикасался, было настоящим телом из плоти и костей, а не каким-то видением или явлением.* Как человеческое существо Он не мог попасть в комнату, не открывая дверь, но как духовное существо – мог, и тогда Он моментально создал и принял на Себя такое тело из плоти и такую одежду, какие считал подходящими для задуманной цели.

*Пусть никто не спешит делать выводы, что мы здесь поддерживаем спиритизм, сведенборгианизм или какой-то другой -изм . Мы просто следуем апостольским писаниям, логически их связывая. Мы четко различаем и будем рассматривать в следующем томе громадную разницу между учением Библии и его подделкой, распространяемой сатаной, известной как спиритуализм. Достаточно здесь заметить, что спиритизм будто бы дает возможность общения между мертвыми и живыми, тогда как Библия осуждает это (Ис. 8: 19) и учит, что такое общение (какое происходило в действительности ) осуществлялось только духовными существами, такими как ангелы, а также нашим Господом, но не тогда, когда Он был “ человеком Иисусом Христом”, и не тогда, когда Он был мертв, а после Его изменения в воскресении, когда Он стал живительным или “животворящим” духовным существом.

Мы ни на секунду не можем согласиться с предположением некоторых, будто наш Господь открыл дверь, оставаясь незамеченным. Ведь из записи очевидно и понятно, что Он появился и предстал пред ними, когда дверь была закрыта, – к тому же, вероятно, очень надежно заперта на засов “из опасения от иудеев” (Иоан. 20: 19, 26).

Факт Своего измененного естества Он еще раз подчеркнул способом, которым Он исчез у них из виду: “Он стал невидим для них”. Человеческое тело из плоти и костей и т.п., с его одеждой, внезапно появившись , когда двери были закрыты, не выходило дверьми, а просто исчезло, или распалось на те же элементы, из которых Он сотворил его несколько минут назад. Он пропал у них из виду и стал невидимым , когда плоть, кости и одежда, в которых Он явился, распались, хотя, без сомнения, Он и дальше оставался с ними в невидимом присутствии. Так было большую часть времени на протяжении этих сорока дней.

В особенных случаях, для особого наставления, Бог давал подобную силу другим духовным существам – ангелам, – которые могли являться как люди, в телах из плоти и костей, которые ели и разговаривали с теми, которых они наставляли, точно так, как это делал наш Господь. (Смотрите Быт. 18; Суд. 6: 11-22; 13: 3-20 и комментарии об этом в I томе, стр. 178-184).

Показанная нашим Господом и уже упомянутыми ангелами способность создавать и разлагать одежду, в которой они являлись, была такой же сверхчеловеческой, как создание и растворение их человеческих тел, которые являлись славными духовными телами не больше, чем одежда, которую они носили. Напоминаем, что цельнотканый хитон и другую одежду, которую наш Спаситель носил до распятия, поделили между собой римские воины, а похоронные пелены остались свитыми в гробу (Иоан. 19: 23, 24; 20: 5-7). Так что одежду, в которой Он являлся в вышеупомянутых случаях, надо было специально создать, и она, наверно, самым лучшим образом подходила к каждой ситуации. Например, когда Он явился Марии, как садовник, то, скорее всего, его одежда выглядела так, как выглядит одежда садовника.

То, что тела, в которых являлся наш Господь, были реальными человеческими телами, а не просто иллюзиями, Он дал им ясно понять, когда ел с ними, предлагая прикоснуться и убедиться, что это тело из настоящей плоти и костей. “Что смущаетесь?.. Посмотрите на руки Мои и на ноги Мои; это – Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет , как видите у Меня”.

Некоторые христиане делают весьма бессмысленные заключения из этих слов нашего Господа по поводу реальности принятого Им на Себя тела из плоти и костей. Они считают это тело Его духовным телом, и заявляют, что духовное тело состоит из плоти и костей, точно как человеческое, с той лишь разницей, что в его жилах, вместо крови, течет нечто неопределенное, что они называют духом. Выходит, они не считаются со словами нашего Господа, что это не было духовным телом – что дух плоти и костей не имеет. Они также забывают слова Иоанна, что “еще не открылось”, что собой являет духовное тело, и что мы не узнаем, пока не будем изменены, не станем подобны Ему и не увидим Его, но не таким, каким Он был, а каким Он есть (1 Иоан. 3: 2). Они забывают и категорическое утверждение апостола Павла, что “плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия”, и его дальнейшее уверение, что поэтому все наследники с Христом должны также измениться (1 Кор. 15: 50, 51).

Многие христиане считают, что славное духовное тело нашего Господа – это то самое тело, которое было распято и положено в Иосифовом гробу: они надеются, что увидев Господа в славе, они узнают Его по ранам, причиненным Ему на Голгофе. Это огромная ошибка, которая очевидна при малейшем размышлении. Во-первых, это доказывало бы, что Его воскресшее тело не является славным, или совершенным, а раненным и изуродованным. Во-вторых, это доказывало бы, что нам известно, чем является духовное тело, несмотря на утверждение апостолом обратного. В-третьих, это доказывало бы, что наша искупительная цена была взята обратно, потому что Иисус сказал: “Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира”. Именно Свою плоть, Свою жизнь как человека , Свою человеческую природу, Он пожертвовал для нашего искупления. И когда сила Отца вернула Его к жизни, то вернула не к человеческому существованию, потому что оно было пожертвовано как наша цена искупления. Если бы эта цена была забрана обратно, то мы и дальше оставались бы под приговором смерти и без надежды.

Предположение, что духовное тело нашего Господа после Его воскресения является человеческим телом, столь же лишено смысла, как и предположение, что духовное тело до Его первого пришествия было человеческим, или что другие духовные существа имеют человеческие тела. Ведь дух плоти и костей не имеет, а, по словам апостола Петра, наш Господь “был умерщвлен по плоти, но ожил духом”.

Однако, человеческое тело нашего Господа было взято из гроба сверхъестественным образом, ведь если бы оно осталось там, то стало бы непреодолимым препятствием для веры учеников, которые еще не были обучены духовному, потому что “еще не было на них Духа Святого” (Иоан. 7: 39). Нам ничего не известно о его последующей судьбе, за исключением того, что оно не узнало тления (Деян. 2: 27, 31). Превратилось ли оно в газ или по-прежнему где-то сохраняется как величественный памятник Божьей любви, Христова послушания и нашего искупления – никто не знает, да и нет надобности знать. Нам известно, что Бог чудесным образом спрятал тело Моисея (Втор. 34: 6; Иуд. 9), а также нам известно, что Бог чудесным образом сберег от тления, на память , манну в золотом сосуде, поставленном в Ковчеге под крышкой в Скинии, и что она была символом плоти нашего Господа, хлеба с неба (Исх. 16: 20, 33; Евр. 9: 4; Иоан. 6: 51-58). Поэтому мы бы не удивились, если бы в Божьем Царстве Бог показал миру тело из плоти, распятое за всех с целью дать выкуп за них, – не имеющее права увидеть тление, но сохраненное как вечное свидетельство безграничной любви и совершенного послушания. Вполне возможно, что Иоан. 19: 37 и Зах. 12: 10 могут иметь такое исполнение. Те, которые кричали: “Распни Его!” – могли бы, как свидетели, узнать то же тело, пронзенное копьем и истерзанное гвоздями и колючками.

Считая славное тело нашего Господа телом из плоти, трудно найти малейшее объяснение Его необычным и неожиданным явлениям на протяжении тех сорока дней до Его вознесения. Как Он мог так внезапно появляться и исчезать? Каким образом Он мог оставаться почти все время невидимым на протяжении тех сорока дней? И почему каждый раз Его явление так отличалось, что в Нем нельзя было узнать Того, Которого уже видели раньше, или Того, Которого все так хорошо знали и любили еще несколько дней назад, до Его распятия?

Недостаточно просто сказать, что это были чудеса, потому что должна была бы упоминаться какая-то польза или необходимость в них. Если бы после воскресения Его тело состояло из плоти и костей и было тем же распятым телом со всеми его характерными особенностями и шрамами, тогда зачем Ему было делать чудеса, которые не только не доказывали данного факта, а скорее, с нашей точки зрения, учили противоположному – что Он уже не человеческое существо, из плоти и костей, а духовное существо, которое в состоянии появляться и уходить, как ветер, так что никто не мог проследить ни то, откуда Он пришел, ни то, куда Он ушел; что Он, чтобы наставлять их, показывался как человек в разных телах из плоти и костей, которые создавал и растворял зависимо от обстоятельств.

До распятия наш Господь был в очень близких отношениях со Своими учениками, но после воскресения, хотя и любил их ничуть не меньше, Он относился к ним более сдержанно. Вне сомнения, это делалось для того, чтобы произвести на них более сильное впечатление достоинством и честью Своего величественного возвышения, а также чтобы внушить надлежащее уважение к Себе и Своему авторитету. Хотя, как человек, Иисус никогда не терял того достоинства в поведении, которое внушало уважение, однако существовала необходимость и целесообразность в еще большей сдержанности после Его изменения к божественной природе. Такой сдержанности всегда придерживался Иегова в отношениях со Своими творениями, и она зависела от обстоятельств. Эта сдержанность присутствовала при всех встречах нашего Господа со Своими учениками после воскресения. Они были очень короткими, как Он и сказал: “Уже немного Мне говорить с вами” (Иоан. 14: 30).

Тому, кто верит, что наш небесный Отец является духом, а не человеком, не трудно понять, что наш Господь Иисус (Который сейчас возвышен к божественной природе и является не только моральным подобием Бога, но фактически является “образом ипостаси Его [Отца] ”) уже не человек, а духовное существо, которого ни один человек не видел и не может увидеть без чуда. Для людей столь же невозможно увидеть открытую славу Господа Иисуса, как невозможно для них видеть Иегову. Вспомните, как само лишь отражение духовной славы поразило Моисея и Израиль на Синае (Евр. 12: 21; Исх. 19; 20: 19-21; 33: 20-23; 34: 29-35). “Столь ужасно было это видение, что и Моисей сказал: “Я в страхе и трепете”. И хотя Моисея поддерживала сверхъестественная сила, чтобы он мог видеть славу Господа и на протяжении сорока дней и ночей (наедине с Богом, в тени Его славы, и без всякой пищи и питья) получать и записывать божественный закон (Исх. 34: 28), однако, когда Он пожелал увидеть Господа лицом к лицу, ему было сказано: “Лица Моего не можно тебе увидеть, потому что человек не может увидеть Меня и остаться в живых” (Исх. 33: 20). Поэтому все, что Моисей когда-либо видел, было внешним проявлением , представляющим Бога, и ничто иное не было возможным. Это также подтверждают слова апостола: “Бога не видел никто никогда ”, – Он бессмертный, невидимый Царь, Которого никто из людей не видел и видеть [ никогда ] не может (1 Тим. 6: 15, 16). Но ясно сказано, что духовные существа могут видеть и видят Бога, Который Сам – духовное существо (Мат. 18: 10).

Если наш Господь и дальше “человек Иисус Христос, предавший Себя для искупления всех” (1 Тим. 2: 5, 6), – если, умерши во плоти, Он воскрес снова во плоти, а не (как говорит апостол) духом животворящим, тогда вместо того, чтобы возвыситься намного выше ангелов и всякого имени под небом и на земле, Он по-прежнему является человеком. И если Он сохранил вид раба, который Он принял, чтобы вынести смерть за каждого человека, и дальше стоит немного ниже ангелов, то Он никак не может видеть Бога. Каким неразумным оказывается этот взгляд, когда его полностью рассмотреть в свете апостольского свидетельства! Рассудите также, что если плоть нашего Господа, пронзенная и раненная гвоздями, копьем, колючим венцом, и с запечатленными на нем страданиями, является Его славным духовным телом, и если Его шрамы и изуродованные человеческие черты являются неотъемлемой частью возвеличенного Господа, то у Него был бы далеко не приятный вид, даже если нам милы раны, причиненные за нас. И если у Него такое несовершенное, изуродованное и израненное тело, а мы будем подобны Ему , то не значит ли это, что апостолы и святые, которые были распяты, обезглавлены, убиты камнями, сожжены, порезаны на куски и истерзаны животными, как и те, с которыми случилось несчастье, также останутся со своими увечьями и шрамами? И в таком виде разве не были бы небеса самым печальным зрелищем – на всю вечность? Но это не так, и никто не мог бы долго придерживаться такого безрассудного и небиблейского взгляда. Духовные существа совершенны в каждой черте, и поэтому апостол напоминает Церкви, наследнице небесной, или духовной славы и чести, что хотя сеется [в смерти] в немощи [со знаками, ранами и т.п.], восстает [существо] в силе; сеется в унижении [с чертами заботы, печали и т.п.], восстает в славе; сеется тело душевное [буквально, “животное тело”], восстает тело духовное, и что как мы носили образ земного отца, так будем носить образ небесного Господа (1 Кор. 15: 42-51). Наш Господь Иисус ради нас тоже принял и носил земной образ некоторое время, чтобы Он мог нас искупить. Но в Своем воскресении Он стал небесным Господом (Рим. 14: 9), и мы, если будем верными, вскоре будем носить образ небесного Господа (духовные тела), как сейчас еще носим образ земного господа, Адама (человеческие тела).

Помните, как было в случае с Павлом: для того, чтобы он мог быть одним из апостолов, он должен был стать свидетелем – должен был видеть Господа после воскресения. Он не был одним из тех, которые видели доказательства воскресения и присутствия на протяжение сорока дней, поэтому Ему был дан особенный проблеск Господа. Но он видел Его не таким, как другие, – облеченным в плоть и одежду различных видов. И какой-то мимолетный взгляд на открытую славную личность нашего Господа заставил его упасть на землю, ослепленного славой, “превосходящей солнечное сияние”. И чтобы хотя частично вернуть ему зрение после этого, потребовалось чудо (Деян. 9: 17, 18). Разве не видел Павел Господа таким, как Он есть – духовным существом? И разве наш Господь на протяжении сорока дней не показывался (для особой цели и по особому поводу, уже нами указанных) таким, каким Он был, т.е. каким Он был раньше? Здесь нет места для сомнения. У Господа была одна цель, для которой Он показался Павлу именно так, и другая цель, когда Он показывался остальным по-иному. Эту цель ап. Павел представляет, говоря: “А после всех явился и мне, как некому, рожденному прежде времени ” (1 Кор. 15: 8 – дословный перевод). Как воскресение нашего Господа было Его рождением из мертвых к полному совершенству духовного существа (Кол. 1: 18; Рим. 8: 29), так и воскресение Церкви, тела Христа, показано здесь и в других местах как рождение. При нашем рождении, или воскресении как духовных существ, мы увидим Господа , каким Он есть , как видел Его Павел. Но мы, измененные или рожденные тогда как духовные существа, не упадем и не ослепнем, увидев славный лик нашего Господа. Слова ап. Павла значат, что он видел Его, как мы увидим Его – “ как Он есть ”: он увидел Его ( как целое тело Христово увидит Его), но прежде предназначенного времени, прежде своего рождения из мертвых и, поэтому, прежде, чем он мог вынести это, – однако увидел так, “ как ” каждый, рожденный, увидит Его в свое время.

Моисей, спускающийся с горы передать Израилю Завет Закона, был образом на большего Законодателя и Посредника Нового Завета, Который в Своем втором пришествии придет руководить миром и благословлять его. Следовательно, Моисей представлял всю Церковь, Главой которой является Господь. Лицо Моисея так сияло, что народ не мог на него смотреть, поэтому он был вынужден одевать после этого покрывало, что является образом духовной славы Христа и иллюстрацией того, что мы сейчас рассматриваем. Христос имеет истинную славу и ясность, будучи образом Отца, а мы будем подобны Ему. И ни один человек не может видеть этой славы. Поэтому, какими бы не были явления Законодателя человечеству, когда откроется слава Господняя, однако славу духовных личностей нельзя будет увидеть. Они будут говорить через покрывало – под покровом. Это, как и многое другое, подразумевалось в покрывале Моисея (Исх. 34: 30-33).

Внимательно изучая этот вопрос, мы все больше убеждаемся в божественной мудрости, показанной в способе открытия апостолам воскресения нашего Господа. Им следовало быть полностью уверенными и надежными свидетелями, чтобы кроткие мира смогли принять их свидетельство и поверить, что Бог поднял нашего Господа из мертвых, – чтобы они могли узнать в Нем Того, Кто был мертв, но сейчас жив вовеки, и, веря, могли через Него прийти к Богу. И если мы размышляем о Нем под руководством Святого Духа истины, наш ум становится шире, и мы уже не видим в Нем человека Иисуса Христа, а Господа славы и силы, участника божественной природы. И так мы видим в Нем Того, о пришествии и царстве Которого столь искренне молилась и мечтала Церковь. И никто, имеющий верное представление о Его великом возвышении, не может ожидать при Его втором пришествии человека Иисуса Христа в теле из плоти, который был приготовлен для жертвы, израненный и преданный смерти как наш выкуп. И нам не следует надеяться, что при Его втором пришествии Он будет “являться”, или проявлять Себя человечеству в различных обликах из плоти и костей, так как это было необходимо для тех ранних свидетелей , но не сейчас. Он, как мы увидим, покажет Свое второе присутствие совсем по-другому.

Из того, что мы узнали о духовных существах и их появлениях в былые времена, вполне очевидно, что если бы наш Господь во время Своего второго пришествия показывался людям, открывая им глаза, чтобы они могли видеть Его славу (как было в случае с Павлом и Даниилом), или принимал человеческое тело, то это вредило бы плану, представленному в Его Слове. Появиться перед людьми в славе, чудесным образом подготовив их глаза к тому, чтобы они смогли Его увидеть, значило бы мало не повергнуть их ослепительным видом, а появиться как человек, означало бы понизить уровень достоинства и дать низшую, чем в действительности, оценку божественной природе и облику. Поскольку ни в одном из этих способов, судя по всему, нет ни нужды, ни благоразумия, мы не думаем, чтобы какой-нибудь из них был принят.

Наоборот, мы должны ожидать, что Христос будет явным во плоти человечества таким же образом, как тогда, когда Господь “стал плотью” и жил среди людей, и как Бог был явным в Его плоти. Человеческая природа, если она совершенна и находится в согласии с Богом, – это подобие Бога во плоти. Следовательно, Адам в своем первичном совершенстве был подобием Бога, а также совершенный человек Иисус Христос, Который мог сказать ученику Филиппу, просившему увидеть Отца: “Видевший Меня, видел Отца”, – видел подобие Бога во плоти, – “Бог явился во плоти”.

Так и человеческий род в общем, по мере возвращения его членов к давно потерянному образу Бога, будет телесным образом и подобием Отца и Христа. В самом начале Тысячелетия, о чем мы уже говорили, мир будет иметь перед собой примеры человеческого совершенства (I том, стр. 287-293): Авраам, Исаак, Иаков и святые пророки, уже испытанные и принятые, будут “князьями” среди людей, уполномоченными, представителями духовного, невидимого царства. В них явится Христос – в их плоти, как Отец явился в Его плоти. И когда “всякий желающий” достигнет совершенства и придет к полному согласию с волей Христа, он станет образом Бога и Христа, и в каждом из них явится Христос.

Сотворенный по Божьему моральному образу, совершенный человек, полностью посвященный, сможет совершенным образом оценить Святого Духа и Божье Слово; а прославленная Церковь будет направлять его. И нет сомнения, что видения и непосредственные откровения, а также распространенное общение между духовным царством и его земными представителями и исполнителями, будут намного доступнее и обычнее, чем когда-либо раньше – будут более похожи на общение в Едеме, до того как грех принес осуждение и отстранение человека от Божьей милости и общения.

Таким образом, ни разум, ни Писание не содержат ничего, требующего от нашего Господа в Его втором пришествии являться в различных телах из плоти и костей. То, что в таком образе действий нет необходимости, очевидно из успеха царства сатаны, которое действует посредством человеческих существ как представителей. Имеющие долю с духом зла и заблуждения как нельзя лучше представляют великого невидимого князя. Таким образом он проявляется в их плоти, хотя сам остается духовным существом, невидимым для человека.

Участники божественной природы, “измененный” Христос, будут духовными существами (точно так же, как сатана), и будут такими же невидимыми для людей. Их действия будут похожими по способу, но прямо противоположными по характеру и результатам. Его почитаемые представители, не связанные и не порабощенные неведением и бессилием, как большинство служителей сатаны, а усовершенствованные и “истинно свободные”, будут поступать мудро и согласованно, добровольно и из любви, а их назначения будут наградой за праведность.

Присутствие нашего Господа будет показано миру проявлениями “силы и славы великой” не только для физического зрения, но и для глаз их понимания, которые будут открыты, чтобы оценить великие изменения, внесенные новым Правителем. Его присутствие и справедливая власть будут видны как в наказаниях, так и в благословениях, которые потекут для человечества от Его царствования.

С давних пор верили, что несчастье и горе приходят на грешников как наказание за злодеяния. Поскольку это казалось вполне естественным и правильным законом, люди приняли его повсеместно, считая, что так и должно быть, даже если это не так. Однако реальные факты из опыта поддерживают Библию, что в прошлом именно благочестивые люди зачастую переносили страдания и преследования (2 Тим. 3: 12). Но в “День Скорби” (период сорока лет, который вводит царствование Мессии) этот порядок начнет меняться. В этот день силы зла должны быть свергнуты, и праведность, установленная постепенно, скоро принесет соответственную расплату для совершающих зло и благословение для тех, кто делает добро: “Скорбь и теснота всякой душе человека, делающей злое... слава и честь и мир всякому, делающему доброе”, в тот “день гнева и откровения праведного суда от Бога, Который воздаст каждому по делам его” (Рим. 2: 9, 10, 6, 5). И поскольку сейчас так много зла, расплата сначала будет очень тяжелой, вызывая “время тяжелое, какого не бывало с тех пор, как существуют люди”. Поэтому в возмездии, в бедствии и в гневе на народы Господь откроет миру факт изменения эпохи и замены правителей. Итак, “когда суды Твои совершаются на земле, тогда живущие в мире научатся правде” (Ис. 26: 5-11). Они усвоят, что при новом порядке вещей делающих добро ждет возвышение, а злодеев – ограничение и наказание. Чтобы иметь ясное пророческое свидетельство об этом царстве и его действиях по отношению к кротким, честным, бедным, нуждающимся и притесненным, о свержении их монополий и всякой системы несправедливости и притеснения; а также об общем уравнивании человеческих дел, внимательно прочитайте Псалом 71: 1-19; 36: 1-14.

Так наш Царь постепенно откроет Себя: некоторые узнают Нового Руководителя раньше других, но в конечном счете “узрит [ horao – распознает] Его всякое око” (Отк. 1: 7). Но “Он грядет с облаками”, а поскольку облака скорби тяжелые и темные, когда горы (царства мира сего) дрожат и падают, а земля (организованное общество) сотрясается, распадается и тает, некоторые начнут осознавать то, что сейчас провозглашается нами как нечто, находящее уже рядом, – что великий день Иеговы пришел; что предсказанный день скорби и гнева на народы начинается; и что Помазанник Иеговы принимает на Себя Свою огромную власть и начинает Свое дело – определяя справедливость мерилом, а правду – весами (Ис. 28: 17). И “Ему надлежит царствовать, доколе” Он низложит все власти и законы на земле, противостоящие тем, которые правят на небе.

По мере усиления скорби люди будут искать, однако безрезультатно, защиты в “пещерах” и ущельях, великих скалах и крепостях общества (Вольномасонстве, Товариществе Взаимопомощи, профсоюзах, гильдиях, трестах, всех светских и религиозных обществах), и в горах (правительствах) земли, говоря: “Падите* на нас [укройте, защитите] и сокройте нас от лица Сидящего на престоле и от гнева Агнца; ибо пришел великий день гнева Его” (Отк. 6: 15-17).

*Греческое слово “ epi ”, использованное здесь, в основном переводится “ на ”, но также означает “ через ” и “ около ”, и так оно переводится многократно в общем переводе. Здесь речь идет о защите, а не об уничтожении. Общепринятое толкование этого отрывка таково, будто у злых людей будет достаточно веры, чтобы молиться о буквальном падении гор, целиком абсурдно. Действительное его исполнение уже начинается: великие, богатые, а также бедные, ищут в горах, скалах, пещерах убежища от сгущающейся бури скорби, которая собирается у всех на глазах.

Идолопоклонство деньгам, на которых весь мир помешан, и которые будут занимать видное место в этой скорби, вызывая не только стремление их накопить, но и сберечь, должно быть полностью уничтожено, как и показано в Ис. 2: 8-21; Иез. 7: 17-19.

Великий день скорби будет осознан, а от его бури все станут искать защиты, однако только некоторые поймут, что суды Господа, распространенные тогда по всему миру, это результат Его присутствия , установления Его власти и внедрения Его законов. Тем не менее, в конце все распознают [“ увидят ”] Царя славы. И все те, которые тогда полюбят праведность, с радостью будут слушаться Его и полностью подчиняться Его справедливым требованиям.

Это будет время возмездия для всех, кто обманом или силой, часто во имя закона и под его прикрытием, несправедливо захватил права или собственность других. Возмездие, как мы убедились, придет от Господа через восстание народных масс. В своем бедственном положении, будучи не в состоянии расстаться с долларом, акром или с присвоенным правом или почестью, долгое время приносившим радость и не вызывавшим возражений, однако видя приближающееся возмездие, многие будут искать укрытия в мощных до сих пор организациях (гражданских, общественных и церковных), чтобы получить поддержку и защиту своих интересов, чувствуя, что без них они обязательно упадут. Но те не смогут их спасти в день гнева Господнего. Приближающийся конфликт и возмездие вызовут ропот всех народов земли, ведь это будет время скорби, какого не бывало с тех пор, как существует народ и никогда уже не будет. Они будут рыдать “ из-за Него ”, из-за Его судов, вызывающих естественным путем великую скорбь, из-за того, что Господь восстает ужасно потрясти землю и уничтожить ее беззакония (Ис. 2: 21). Суды и скорбь будут столь далеко идущими, что никто этого не избежит. Как результат, каждое око увидит перемены и поймет, что Господь царствует. Скорбь могла бы быть намного меньше, если бы люди видели и быстро реагировали на принципы равенства, игнорируя и оставляя всякие несправедливые привилегии прошлого (хотя и узаконенные). Но этому будет мешать эгоизм, пока скорбь не сокрушит и не свергнет надменных, не унизит сильных и не возвысит кротких.

Однако огромная масса человечества начнет понимать истинное положение вещей лишь где-то к концу великого дня скорби – не раньше, чем языческие царства превратятся в прах и полностью будут устранены, и для них уже не найдется места ( 1915 г . 3 н.э., как показано в предыдущей главе), не раньше, чем великий Вавилон будет полностью свержен, а его влияние над миром будет сломано. Тогда люди увидят, что великая скорбь, через которую они прошли, была тем, что символически названо “Бранью в оный великий день Бога Вседержителя” (Отк. 16: 14), и что по мере того, как они поддерживали заблуждения и зло, они боролись против закона и сил новой империи и нового Правителя земли; что по мере того, как они использовали свой язык, писчие принадлежности, руки, влияние и средства в поддержку правоты и истины в любом вопросе, тем самым они боролись на стороне Господа.

3 Смотрите Предисловие Автора ( 1916 г .), стр.. .

Некоторые усвоят значение скорби быстрее других, будучи более понятливыми. И на протяжении всей скорби найдутся в мире и такие, которые будут свидетельствовать о его причине, возвещая о Господнем присутствии и установлении Его царства, которое находится в оппозиции к силам тьмы, являясь реальной причиной скорби, сокрушения и свержения общества, показывая, что все, противостоящие истине и праведности, это враги нового царства, и что если они немедленно не подчинятся, то вскоре обязательно потерпят позорное поражение. Однако массы, как всегда, ослушаются мудрого совета, пока полностью не будут покорены железным руководством нового царства, наконец убедившись в безрассудстве своего поведения.

Истинный учитель и носитель света (Мат. 5: 14), истинная Церковь, тело Христа, не должна быть оставлена во тьме, чтобы узнать о Господнем присутствии лишь по проявлениям Его гнева и силы, как об этом узнает мир. Для ее просвещения было предусмотрено нечто особенное. Верное слово пророчества, которое сияет, как свет в темном месте, ясно и четко извещает ее, чего именно следует ждать (2 Пет. 1: 19). С помощью пророческого слова она не только будет предохранена от разочарования, в состоянии побеждать искушения, ловушки и камни преткновения, в такой мере преобладающие “в день гнева,” и таким образом получать одобрение Бога, но и станет носителем света и учителем мира. Так Церкви дана возможность указать миру причину скорби, объявить о присутствии нового Правителя, ознакомить с политикой, планом и целью новой эпохи, и показать миру как следовать более мудрым направлением, взирая на все это. И хотя люди не будут прислушиваться к этому наставлению, пока скорбь не преподаст им урок смирения, оно значительно поможет им затем в усвоении этого урока. Именно об этой миссии “ног”, или последних членов Церкви, которые будут объявлять на горах (царствах), что царствование Христа началось , говорится в Исаии 52: 7.

Противоречивые на первый взгляд тексты Писаний

Некоторые утверждения Св. Писания о способе Господнего возвращения и явления, пока их не рассмотреть критически, выглядят противоречащими друг другу. И, вне сомнения, они столетиями служили божественной цели сокрытия истины, пока не пришло надлежащее время для ее понимания, и даже тогда она осталась скрытой от всех, за исключением особого класса посвященных, которому она предназначалась.

Например, наш Господь сказал: “Се, иду как тать ”, и “как было во дни Ноя, так будет и во дни Сына Человеческого [дни Его присутствия ]: ели, пили, женились, выходили замуж”, “и не думали , пока не пришел потоп”. “Быв же спрошен фарисеями, когда придет Царствие Божие, отвечал им: не придет Царствие Божие приметным образом ” [ ссылка на полях – “не с наружной видимостью”] (Отк. 16: 5; Лук. 17: 26, 27, 20; Мат. 24: 38, 39).

Эти тексты ясно утверждают и иллюстрируют способ Господнего пришествия. Они показывают, что Он будет присутствовать невидимым, выполняя работу, о которой мир некоторое время совершенно не будет догадываться. Поэтому Его прибытие должно произойти тихим образом, незаметным и совсем неизвестным миру, точно так же, как пришел бы “вор” – без шума и без других, привлекающих внимание проявлений. Как во дни Ноя мир как обычно занимался своими делами, ничуть не смущаясь, и без малейшей веры в проповедование Ноя по поводу приближающегося потопа, так и в ранней стадии Дня Господа мир, совсем не веря провозглашению Его присутствия и надвигающейся скорби, будет идти своим чередом, не обращая никакого внимания на любое такое проповедование, пока в великом потопе скорби старый мир – старый порядок вещей – не упадет, не пройдет, готовя путь к полному установлению нового порядка, Царства Божьего под всеми небесами: “Как было во дни Ноя, так будет и во дни [ присутствия ] Сына Человеческого”.

С другой стороны, мы находим тексты, которые на первый взгляд, кажется, прямо противоречат этому. Например: “Сам Господь при возвещении , при гласе Архангела и трубе Божьей, сойдет с неба”. “Явление Господа Иисуса с неба с Ангелами силы Его, в пламенеющем огне совершающего отмщение непознавшим Бога и непокоряющимся благовествованию Господа нашего Иисуса Христа”. “Тогда [мир]... увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою”. “Се, грядет с облаками, и узрит Его всякое око ” (1 Фес. 4: 16; 2 Фес. 1: 7, 8; Мат. 24: 30; Отк. 1: 7).

Как искателям истины, нам не подобает, взирая на эти отрывки, говорить, что большинство из них вполне поддерживают тот взгляд, которому мы склонны отдать предпочтение, и игнорировать при этом остальные. До тех пор, пока не получим такого взгляда на вопрос, в котором каждое утверждение Библии находило бы разумное отражение, мы не должны чувствовать себя уверенными, что знаем истину об этом. Одно утверждение Бога настолько же истинно и надежно для фундамента веры, как и сотня. И будет благорассуднее искать гармонического понимания, чем приходить к выводу или принимать теорию, основанную на одностороннем толковании, обманывая таким образом себя и других.

Христиане в основном не прилагают никаких усилий, чтобы согласовать эти утверждения, и поэтому их понятия односторонни и неверны. Последняя группа утверждений настолько же верна, как и первая, и она явным образом учит о противоположном к тихому, незаметному, похожему на воровской, способе пришествия и присутствия Господа. Вдобавок к этим утверждениям нам даны еще две иллюстрации способа Его пришествия, а именно: “Сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом , как вы видели Его восходящим на небо”; и “ибо, как молния исходит от востока и видна бывает даже до запада, так будет пришествие Сына Человеческого” (Деян. 1: 11; Мат. 24: 27). Чтобы прийти к верному выводу им также следует придать должный вес.

В исследовании этой темы нам следует обратить внимание на следующее: с одной стороны, наш Господь утверждал как неоспоримый факт, что Его Царство будет установлено без внешней видимости, а Его пришествие, Его присутствие, будет как у вора, требующее тщательного, внимательного бодрствования, чтобы осознать и различить его, а с другой стороны, все предыдущие тексты, в основном цитированные как доказательство внешнего, видимого проявления, выражены глубоким символическим языком , за исключением одного, где говорится, что Он придет таким же образом, как и ушел. Символическое всегда должно склоняться в толковании к более ясным, более буквальным выражениям, как только становится очевидным его символический характер. Всякий раз, когда буквальное объяснение претило бы здравому смыслу и ставило бы отрывок в прямую противоположность к ясным утверждениям Писания, такое место следует рассматривать фигурально, а его символическое толкование должно соглашаться с явно очевидными и буквальными отрывками, а также с общим характером и целью явленного плана. Если понимать и так истолковывать эти символы, то очевидна прекрасная гармония всех утверждений. Давайте сейчас рассмотрим их и убедимся, как совершенно они соглашаются с несимволическими утверждениями.

“Сам Господь при возвещении , при гласе Архангела и трубе Божьей , сойдет с неба” (1 Фес. 4: 16). Упомянутые здесь голос и труба полностью соответствуют таким же образам из Отк. 11: 15-19: “И седьмой Ангел вострубил, и раздались на небе громкие голоса , говорящие: царство мира соделалось Царством Господа нашего и Христа Его, и будет царствовать во веки веков... И рассвирепели язычники; и пришел гнев Твой и время судить мертвых”, – и т.д. К тем же событиям обращается пророчество Даниила: “И восстанет [возьмет власть] в то время Михаил [Христос], князь великий... и наступит время тяжкое, какого не бывало с тех пор, как существуют люди... И многие из спящих в прахе земли пробудятся”. А ап. Павел добавляет к своему упоминанию о голосах и трубе: “Мертвые во Христе воскреснут прежде”. Дальше, во 2 Тим. 4: 1, он утверждает, что Христос будет судить живых (живущих) и мертвых в явлении Его и царстве, а начало этого суда живущих народов везде описывается как величайшее время скорби, какого мир еще не знал (Дан. 12: 1).

Так ап. Павел, ап. Иоанн и Даниил ясно обращаются к тому же времени – времени явления нашего Господа и установления Его царства среди великого времени скорби, – а также к событиям, предшествующим ему и начинающим его. Каждым писателем показан один и тот же результат восстания Михаила, голосов и трубы, а именно: скорбь и гнев на народы, и воскресение мертвых. Теперь обратите внимание на употребленные образы:

“П ри возвещении ”. Греческое слово, переведенное здесь “возвещение”, это “ keleusma ” , обозначающее “ возглас ободрения ”. Возглас подразумевает публичное послание, предназначенное для ушей широких масс, а не только для некоторых. В основном его предназначение встревожить и напугать, или помочь и ободрить. Или он может иметь одно влияние на один класс, и противоположное влияние на другой, в зависимости от обстоятельств и условий.

Состояние дел в мире за последние пятнадцать лет поразительно отвечает этому символу: по всему мире слышны призывы ко всем людям пробуждаться к осознанию своих человеческих прав и привилегий, пересмотреть свои взаимоотношения, принципы, на которых они опираются, и цели, которых они должн&#