ГЛАВА V

СПОСОБ ВОЗВРАЩЕНИЯ И ЯВЛЕНИЯ НАШЕГО ГОСПОДА

Согласованность способа второго пришествия нашего Господа с другими чертами Божественного Плана – Как и когда Церковь увидит Его – Как и когда слава Господа будет открыта настолько, чтобы всякая плоть ее увидела – Утверждения, на первый взгляд противоречивые, представлены как гармоничные – Он идет, “как тать” – “Не придет... приметным образом” – С “криком” – С “возгласом” – “При звуке великой трубы” – “Он явится в палящем огне, принося отмщение” – А еще Он “придет таким же образом”, как и ушел – Важность пророческого времени, показанная в этом направлении – Согласованность нынешних знаков.

Представший только что перед нами вид близкого окончания Времен Язычников и утверждение, что осуществление надежды Церкви должно предшествовать 1 их окончанию, лишь усиливает аппетит тех, которые ожидают сейчас утешения Израиля. Такие будут жаждать любой информации, какую наш Отец может предоставить через пророков, затрагивающей “жатву”, конец, или заключительный период этого века – отделение пшеницы от плевел среди живущих членов номинальной церкви и время изменения победителей, чтобы быть вместе с их Господом и Главой, и стать похожими на Него.

1 Смотрите Предисловие Автора ( 1916 г .), стр.. .

Но для того, чтобы оценить все благоразумие пророческого учения об этих глубоко интересующих вопросах, для нас совершенно необходимо иметь ясное понятие как о цели второго пришествия нашего Господа, так и о способе , каким Он явится. Мы надеемся, что чтение I тома убедило всех нынешних читателей в том, что цель Его пришествия состоит в примирении с Богом всякого “желающего” в мире путем направления, обучения, воспитания, именуемым судом и благословением. Поэтому, способ пришествия и явления Господа является вопросом первостепенной важности, прежде чем мы продолжим наше исследование времени жатвы и т.п. Исследователь должен четко различать цель, когда он изучает способ возвращения нашего Господа, а также одно и другое, когда приступает к изучению времени. Это необходимо для предотвращения ошибочных взглядов, уже завладевших многими умами, которые основаны на ложных понятиях о цели и способе пришествия нашего Господа.

Осознайте и изо всех сил держите в уме уже представленный факт, что Божий план – это единое гармоничное целое, осуществляемое через Христа, и что дело второго пришествия тесно связано с делом первого, как последствие с причиной: т.е. великое дело Реституции при втором пришествии следует за делом Искупления, совершенном при первом пришествии, как логический результат согласно божественному плану. Поэтому, возвращение Господа является рассветом надежды для мира , временем дарования милостей, обеспеченных искуплением, а Евангельский век – это лишь вставной интервал, на протяжении которого избирается невеста Христа, чтобы объединиться со своим Господом в великом деле реституции, для осуществления которого Он приходит.

Поскольку Церковь Христа, развивавшаяся на протяжении Евангельского века, должна объединиться со своим Господом в великом деле реституции Тысячелетнего века, то первым делом Христа во время второго пришествия должно быть собрание Своей избранной Церкви, о которой говорит пророк (Пс. 49: 5) словами: “Соберите ко Мне святых Моих, вступивших в завет со Мною при жертве”. Это сбор, или время жатвы составляет период, в котором эти два века заходят друг за друга. Как будет показано, это – период сорока лет 2 , который завершает Евангельский век и вводит Тысячелетний век (смотрите том I, стр. 219-221; 234-237; и Карту Веков). Этот период жатвы не только осуществляет отделение пшеницы от плевел в номинальной Евангельской церкви, а также собирание и прославление класса пшеницы, но он должен также осуществить сожжение (уничтожение) плевел (как плевел, или поддельной пшеницы – не как личностей: огонь уничтожения является символическим, как и плевелы), собрание и уничтожение непотребного урожая “винограда на земле” (человеческого честолюбия, жадности и эгоизма), который рос и созревал веками в царствах этого мира и в различных гражданских и общественных организациях людей.

2 Смотрите Предисловие Автора ( 1916 г .), стр.. .

Несмотря на то, что при обсуждении цели возвращения нашего Господа мы показали, что это будет личное пришествие, мы опять поможем исследователю избежать недоразумения при рассмотрении двух на первый взгляд противоречивых выражений нашего Господа: “Я с вами во все дни до скончания века” ( aionos – век), – и, – “Я иду приготовить место вам... приду опять и возьму вас к Себе” (Мат. 28: 20; Иоан. 14: 2, 3). Следующий пример послужит нам иллюстрацией гармоничности этих двух обещаний. Один человек говорит другому, прощаясь: “Помни – я буду с тобой все время в твоем пути”. Как? Безусловно не лично, потому что они сели в поезда, идущие в противоположных направлениях к отдаленным пунктам. Смысл состоял в том, что в любви, в мыслях и в заботе друг о друге они будут нераздельны. В подобном, но более полном смысле, Господь всегда был со Своей Церковью, Его божественная сила позволяла Ему присматривать за ними, направлять и помогать им, от первого до последнего. Но сейчас мы рассматриваем не присутствие нашего Господа с нами в таком образном смысле, но способ Его второго личного пришествия и явления, “когда Он придет прославиться во святых Своих и явится дивным в день оный”.

Св. Писание учит нас, что Христос приходит вновь, чтобы царствовать; что Он должен царствовать, доколе низложит всех врагов под ноги Свои (всех противников, все, что стоит на пути великой реституции, для осуществления которой Он приходит), а последний, который будет истреблен, – это смерть (1 Кор. 15: 25, 26); и что Он будет царствовать тысячу лет. И поэтому, как и следовало ожидать, мы видим, что в пророчестве намного больше внимания уделяется второму пришествию, его тысячелетнему триумфальному царствованию и уничтожению зла, чем тридцати четырем годам первого пришествия для искупления. Мы убедились, что пророчества касаются разных важных пунктов этих тридцати четырех лет – от Вифлеема и Назарета до желчи и уксуса, деления одежды, креста, гроба и воскресения. Но мы также видим, что пророчества подобным образом касаются разных пунктов тысячи лет второго присутствия, и прежде всего их начала и конца.

Второе присутствие нашего Господа будет охватывать значительно более длинный период времени, чем первое. Миссия Его первого пришествия закончилась менее чем за тридцать четыре года, тогда как потребуется тысяча лет, чтобы выполнить предназначенную работу Его второго присутствия. И поэтому с первого взгляда видно, что хотя дело первого пришествия было не менее важным, чем дело второго (хотя оно было настолько важным , что дело второго пришествия никогда бы не было возможным без него) , однако оно не было таким разнообразным, и поэтому нуждалось в меньшем описании, чем дело второго пришествия.

При рассмотрении второго пришествия нам не следует (не больше, чем при первом пришествии) ожидать, чтобы все пророчества указывали на один конкретный важный момент прибытия нашего Господа и обращали внимание всех людей на факт Его присутствия. Обычно Бог так не поступает: так не произошло и при первом пришествии. Первое пришествие Мессии не было обозначено каким-то неожиданным или удивительным, из ряда вон выходящим, представлением, а проявлялось и доказывалось постепенным осуществлением пророчества, показывающим мыслящим наблюдателям, что события, которых следовало ожидать, происходили вовремя. И так будет при Его втором пришествии. То, что мы находим точный момент Его прибытия, менее важно, чем то, что мы различаем факт Его присутствия, когда Он уже прибыл, – как и при первом пришествии было важно суметь осознать Его присутствие (и чем быстрее, тем лучше), и менее важно было знать точную дату Его рождения. При рассмотрении второго пришествия слишком часто думают о самом действии прихода и моменте прибытия, тогда как следовало бы думать об этом как о периоде присутствия – как было с первым пришествием. Точный момент, с которого начиналось бы это присутствие, казался бы тогда менее важным, а Его цель и дело на протяжении периода Его присутствия удостоились бы большего внимания.

Мы также должны помнить, что наш Господь больше не является человеческим существом; что как человеческое существо Он дал Себя как выкуп за людей, став человеком именно с этой целью (1 Тим. 2: 6; Евр. 10: 4, 5; 1 Кор. 15: 21, 22). Он сейчас превознесен к божественной природе. Поэтому ап. Павел говорил: “Потому отныне мы никого не знаем по плоти; если же и знали Христа по плоти, то ныне [таким] уже не знаем” (2 Кор. 5: 16). Он был поднят из мертвых как животворящее духовное существо (1 Кор. 15: 45), а не как человек, из земли перстный. Он ни в коем смысле и ни в коей мере уже не является человеком. Нам не следует забывать усвоенного (смотрите том I, гл. 10), – что природы раздельны и непохожи. Поскольку Он уже ни в коем смысле или мере не является человеческим существом, то нам не следует надеяться, что Он придет снова как человеческое существо, как при первом пришествии. Его второй приход должен быть другим способом, а также с другой целью.

Учитывая факт, что изменение нашего Господа из человеческой к божественной природе при Его воскресении было даже большим изменением, чем то, которое произошло около тридцати четырех лет раньше, когда Он оставил славу духовного существа и “стал плотью”, мы можем с огромной пользой для себя очень подробно рассмотреть каждое Его действие на протяжении сорока дней после Его воскресения, прежде чем Он пошел “к Отцу”, потому что именно воскресший Иисус тех сорока дней должен прийти вновь, а не человек Иисус Христос, Который дал Себя как выкуп за нас в Своей смерти. Тот, Который был предан смерти плотским существом, в Своем воскресении ожил [был оживлен] духовным существом (1 Пет. 3: 18)*.

*Греческий текст этого отрывка звучит просто: “Преданная смерти плоть, оживленный дух”. Наш Господь был предан смерти, будучи плотью, или человеческим существом, и был поднят из мертвых духовным существом. А поскольку Церковь должна быть “изменена” , чтобы стать похожей на Христа, то очевидно, что изменение, которое произошло в Главе, было сродни тому, которое, согласно написанному, приготовлено для победителей. Они будут изменены из человеческого к духовному естеству, и станут похожими на Него – “причастниками Божеского естества”. Поэтому, следующее описание изменения святых применимо также к их Господу: “Сеется в унижении, восстает в славе; сеется в немощи, восстает в нетлении; сеется тело душевное, восстает тело духовное”.

Во время Своего второго пришествия Он не приходит подчиняться существующим властям, платить дань цезарю и терпеть унижение, несправедливость и насилие, а приходит царствовать, применяя всю силу на небе и на земле. Он не приходит в теле Своего унижения, в человеческом теле, которое Он взял для претерпения смерти, низшее по отношению к Его предыдущему славному телу (Евр. 2: 9), а в Своем славном, духовном теле, которое является “сиянием славы и образом ипостаси Его [Отца]” (Евр. 1: 3). Ведь благодаря Его послушанию до самой смерти Он сейчас высоко превознесен к божественному естеству и подобию, и Ему дано имя выше всякого имени – кроме имени Отца (Фил. 2: 9; 1 Кор. 15: 27). Апостол показывает, что “еще не открылось” нашему человеческому пониманию, чему Он сейчас подобен, поэтому мы не знаем, чему будем подобны мы, когда станем подобны Ему, но мы (Церковь) можем радоваться уверением, что однажды будем с Ним, будем подобны Ему и увидим Его, как Он есть (1 Иоан. 3: 2), – не как Он был при Своем первом пришествии в унижении, когда оставил Свою предыдущую славу и стал бедным для нас, чтобы Его бедностью мы смогли обогатиться.

Размышления о той мудрости и предусмотрительности методов нашего Господа, с которой Он проявлял Свое присутствие учениками после Своего воскресения, да и раньше, могут помочь нам осознать, что во время второго пришествия та же мудрость будет выражаться в Его методах явления Себя как Церкви, так и миру – не обязательно теми же методами, но в каждом случае полностью отвечающими Его цели. А Его целью никогда не было тревожить или волновать людей, а лишь склонить их спокойное, мирное рассуждение о великих истинах к тому, чтобы те произвели на них впечатление. Первое пришествие нашего Господа не было потрясающим, возбуждающим или тревожащим событием. Как тихо и скромно Он пришел! Настолько, что только имеющие веру и смирение были в состоянии узнать в младенце низкого происхождения, в человеке скорбей, в друге кротких и бедных, и, наконец, в распятом, долгожданного Мессию.

Проявление Его присутствия после воскресения было бы по своей сути фактом более поразительным, особенно, если принимать во внимание Его измененное естество. Однако Его воскресение, вместе с фактом Его измененного естества, еще не должно было в то время стать полностью очевидным для всего мира, а лишь для избранных свидетелей, которые дали бы об этом факте достоверное свидетельство последующим поколениям. Если бы тогда весь мир ознакомился с этим фактом, то, вероятно, свидетельство, дошедшее до наших дней, заслуживало бы значительно меньшего доверия, будучи так приукрашено и искажено человеческими идеями, и перемешано с их традициями, что истина могла бы оказаться почти или совсем невероятной. Но Бог доверил ее только избранным, верным и достойным свидетелям. И, обращаясь к описанию, пусть каждый обратит внимание, как совершенно была достигнута цель, и как ясно, определенно и убедительно было представлено им свидетельство о воскресении и изменении Христа. Также заметьте, с какой заботой Он старался лишний раз их не тревожить или приводить в изумление, когда открывал и подчеркивал эти великие истины. И будьте уверены, что та же мудрость, осмотрительность и мастерство будет продемонстрирована в Его методах известить о факте Своего славного присутствия при Его втором пришествии. Это непременно станет убедительным для всякого спокойного, здравого ума, хотя всему миру будут необходимы строгие наставления, чтобы прийти к надлежащему состоянию для принятия свидетельства – в то время как имеющие праведное сердце овладеют этими блаженными сведениями раньше. Ученики не сразу получили все доказательства Его воскресения и перемены к духовному естеству, а лишь в меру того, как они могли их принимать, и способом, рассчитанным на то, чтобы произвести самое глубокое впечатление.

На протяжение трех с половиной лет служения нашего Господа Его ученики пожертвовали друзьями, репутацией, занятием и т.п., чтобы посвятить время и силы для возвещения присутствия Мессии и установления Его царства. Но, понятно, что у них были незрелые понятия о способе и времени возвышения их Учителя, а также об обещанном возвышении с Ним. Да и не было тогда необходимости в полном знании: было вполне достаточно, чтобы они верно делали каждый шаг, когда тот ставал уместным. Поэтому Учитель учил их понемногу, в меру их восприятия. И незадолго до конца Своего служения Он сказал: “Еще многое имею сказать вам, но вы теперь не можете вместить. Когда же придет он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину; ибо не от себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам” (Иоан. 16: 12, 13; 14: 26).

Невозможно передать их огромное разочарование (несмотря на то, что, насколько возможно, они были подготовлены к этому), когда они увидели, как неожиданно забрали от них и позорно, как преступника, распяли Того, Чье царство и славу они ждали и возвещали, и которое еще за пять дней до Его распятия казалось им таким близким осуществления (Иоан. 12: 1, 12-19). Хотя они знали, что Он ложно обвинен и незаконно распят, это не меняло факта, что их долголелеянные национальные мечты о иудейском царе, который вернул бы их народу влияние и власть, вместе с их личными надеждами, амбициями и воздушными замками о важных постах и высоких почестях в царстве, внезапно рухнули с неблагоприятным поворотом событий при распятии их царя.

Учителю было хорошо известно, какими покинутыми, беспомощными и растерянными почувствуют они себя, ведь так было написано пророком: “Порази пастыря, и рассеются овцы” (Зах. 13: 7; Мар. 14: 27). И на протяжении сорока дней между воскресением и вознесением Его главной заботой было снова собрать их, вернуть им веру в Него как долгожданного Мессию, доказав им факт Своего воскресения, после которого Он, сохраняя ту же индивидуальность, уже не был человеческим, а возвышенным духовным существом, имеющим “всякую власть на небе и на земле” (Мат. 28: 18).

Он возвещал им о Своем воскресении постепенно – сперва через женщин (Марию Магдалину, Иоанну, Марию Иаковлеву, Саломею и других с ними – Мар. 16: 1; Лук. 24: 1, 10), которые пришли ранним утром к гробу, чтобы намазать Его мертвое тело душистыми благовониями. Пока они задавались вопросом, кто бы мог отвалить камень от входа в гроб, произошло землетрясение, и когда они пришли, то обнаружили камень уже отваленным, а ангел Господний сидел на нем, обращаясь к ним словами: “Не бойтесь, ибо знаю, что вы ищите Иисуса распятого. Его нет здесь: Он воскрес, как сказал ; подойдите, посмотрите место, где лежал Господь, и пойдите скорее, скажите ученикам Его, что Он воскрес из мертвых и предваряет вас в Галилее: там Его увидите; вот я сказал вам” (Мат. 28: 5-7).

Вероятно, Мария Магдалина оставила других женщин и побежала известить Петра и Иоанна (Иоан. 20: 1, 2), в то время, как те пошли известить остальных учеников. И после того, как она оставила их, Иисус явился другим женщинам по дороге, говоря: “Радуйтесь” (Мат. 28: 9, 10). И они приступили к Нему, прильнули к Его стопам и поклонились Ему. Тогда Иисус сказал: “Не бойтесь; пойдите, возвестите братьям Моим, чтобы шли в Галилею, [их дом], и там они увидят Меня”. С трепетом и радостью они побежали известить других учеников. Со смешанными чувствами неожиданности, замешательства, радости и страха, и в полной растерянности они едва ли представляли, как поделиться тем необычным и прекрасным, что случилось с ними. Когда Мария встретила Петра и Иоанна, она грустно сказала: “Унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его (Иоан. 20: 2). Другие женщины рассказали, как около гроба они имели видение ангелов, которые говорили, что Он жив (Лук. 24: 22, 23), и как потом они встретили Господа по дороге (Мат. 28: 8, 10).

Большинство учеников, вероятно, восприняли их рассказ просто как суеверное возбуждение, но Петр и Иоанн сказали, что пойдут посмотреть сами, и Мария вернулась к гробу с ними. Все, что Петр и Иоанн увидели, это то, что тело исчезло, что могильные пелены аккуратно свиты и положены рядом, и что камень отвален от входа. В недоумении они вернулись назад, а Мария все еще осталась там, плача. Со слезами она сошла, чтобы заглянуть в гроб, и увидела двух ангелов, которые сказали: “Жена, что ты плачешь?” Она ответила: “Унесли Господа моего, и не знаю, где положили Его”. И повернувшись, она увидела перед собой Иисуса, но не узнала Его. Он спросил: “Жена, что ты плачешь? Кого ищешь?” И она, приняв Его за садовника, ответила: “Господин, если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его”. Тогда давним знакомым тоном, который она быстро узнала, Господь сказал: “Мария!”

Этого было достаточно, чтобы она поверила словам ангела о Его воскресении, которое до этого казалось сном или басней. И от радости она воскликнула: “ Учитель! ” Ее первым порывом было обнять Его и остаться в Его присутствии. Но Иисус ласково дал ей понять, что сейчас ей надо выполнить очень важное поручение – засвидетельствовать факт Его воскресения, и что ей следует побыстрее принести весть и внушить веру другим ученикам, все еще находящимся в замешательстве и сомнениях. Он сказал: “Не прикасайся [греческое haptomai – обнимать] ко Мне [не трать